Рост выше 5%: за счет чего Казахстан планирует ускорять экономику

Об этом – в интервью со старшим экспертом Центра макроэкономических исследований и прогнозирования Рамазаном Есенгазиевым.

Прогнозы международных организаций действительно различаются, однако большинство из них предусматривает более низкие темпы роста экономики Казахстана, чем базовый прогноз социально-экономического развития (далее – ПСЭР) Республики Казахстан на 2027–2029 годы.

Вместе с тем оценка ЕАБР близка к прогнозу Правительства и составляет 5,5% ежегодно в 2026-2028 годах. Согласно ПСЭР, среднегодовой рост ВВП Казахстана в 2027–2029 годах прогнозируется на уровне 5,4%: 5,3% в 2027 году, 5,5% в 2028 году и 5,4% в 2029 году.

Более высокий прогноз Правительства основан, прежде всего, на предположении о сохранении высокой инвестиционной активности и ускоренном развитии несырьевых отраслей. В базовом варианте ПСЭР среднегодовой рост валового накопления основного капитала в 2027–2029 годах прогнозируется на уровне 9,9%, конечного потребления – 4,7%, экспорта товаров и услуг – 1,4%, импорта – 3,4%. Более 30% ВВП будут приходиться на инвестиции.

Важно отметить, что в логике ПСЭР инвестиции рассматриваются не только как источник дополнительного совокупного спроса, но и как фактор расширения производственного потенциала. Рост обрабатывающей промышленности прогнозируется в среднем на 5,9% в год, строительства – на 16,5%, транспорта и складирования – на 10,4%, информации и связи – на 9,2%. Эти темпы связываются с вводом новых производственных мощностей, модернизацией основных фондов, углублением переработки отечественного сырья, развитием транспортной и энергетической инфраструктуры, цифровизацией и внедрением технологий искусственного интеллекта.

В то же время большинство международных организаций оценивает возможность сохранения таких темпов роста более осторожно. МВФ указывает, что в 2025 году рост Казахстана был существенно выше потенциального уровня: в первые десять месяцев года рост достиг 6,4% при оценке потенциального роста на уровне 3-4% в год. МВФ связывает ускорение с сильным внутренним спросом, фискальным стимулированием, ростом потребительского кредитования и увеличением инвестиций квазигосударственного сектора. В базовом сценарии МВФ ожидает рост на уровне 4,6% в 2026 году и 4,4% в 2027 году, а в среднесрочной перспективе – примерно 3,5%.

При этом МВФ не предполагает отсутствия положительного эффекта от государственных инфраструктурных инвестиций. Напротив, МВФ оценивает реализацию крупных инфраструктурных проектов через бюджетные и квазибюджетные расходы как фактор повышения ненефтяного потенциального роста, однако оценивает этот эффект как умеренный – примерно до 4% потенциального роста к концу прогнозного горизонта. Иными словами, ключевое расхождение связано не с тем, признаются или не признаются инвестиции фактором роста, а с различной оценкой масштаба и скорости, с которыми инвестиции трансформируются в устойчивое расширение производственного потенциала и производительности.

Схожую логику использует Всемирный банк. В его оценке экономика Казахстана в значительной части 2024-2025 годов функционировала выше потенциального уровня. Рост 2025 года на 6,5% сопровождался быстрым увеличением инвестиций, значительная часть которого была связана с инфраструктурными проектами и квазибюджетными расходами государственных компаний. В базовом прогнозе Всемирного банка рост ВВП составляет 4,6% в 2026 году, 3,9% в 2027 году и 3,5% в 2028 году; в дальнейшем темпы роста приближаются к более устойчивой траектории.

Таким образом, различие между прогнозом Правительства и международных организаций в первую очередь связано с разной оценкой продолжительности инвестиционного импульса, его влияния на частный спрос и, главное, степени преобразования инвестиций в рост производительности и потенциального выпуска. ПСЭР исходит из реализации масштабного инвестиционного цикла и его постепенного перехода от спросового эффекта к расширению производственных возможностей экономики. Большинство международных организаций предполагает более постепенное закрытие положительного разрыва выпуска и более умеренное повышение потенциального роста.

Важно отметить, прогноз Правительства нельзя рассматривать как заведомо нереалистичный: прогноз ЕАБР на 2026-2028 годы также составляет 5,5% ежегодно и основывается на высокой инвестиционной активности, инфраструктурном развитии, диверсификации и формировании новых отраслевых драйверов.

В результате, реализация прогноза ПСЭР на уровне свыше 5% зависит не только от выполнения запланированных инвестиционных проектов, но и от того, насколько быстро эти инвестиции будут конвертироваться в увеличение производственных мощностей, производительности, частных инвестиций и экспортного потенциала.

Государственные инвестиции в крупные инфраструктурные и производственные проекты способны поддерживать высокие темпы экономического роста, однако постоянно сохранять эту динамику исключительно за счет государственного спроса невозможно.

По мере приближения экономики к пределам производственных мощностей государственное стимулирование дает все меньший прирост реального выпуска. Избыточный спрос начинает трансформироваться в макроэкономические дисбалансы: ускорение инфляции, чрезмерный рост заработных плат и увеличение импорта. Для сдерживания инфляции Национальный Банк вынужден повышать базовую ставку, а высокая стоимость кредитов сдерживает инвестиционную активность частного бизнеса. В результате для поддержания прежней динамики государству требуется постоянно увеличивать объемы вливаний, что лишь усиливает бюджетную нагрузку и снижает эффективность мер.

Поэтому для устойчивого экономического роста необходимо усиление роли частного сектора. Государство способно создать мощный первоначальный импульс, но не может долго и эффективно заменять собой рыночные механизмы. Частный сектор распределяет капитал децентрализованно, гибко ориентируясь на реальный спрос, издержки и окупаемость. Рыночная конкуренция заставляет бизнес внедрять новые технологии, повышать производительность и развивать экспортный потенциал, обеспечивая непрерывный инвестиционный цикл даже после завершения крупных государственных строек.

При этом роль государства остается стратегически важной, бюджетные средства не должны замещать частный капитал – их функция заключается в том, чтобы выступать катализатором частных инвестиций. Государственное финансирование целесообразно направлять на устранение структурных и инфраструктурных ограничений (в энергетике, транспорте, ЖКХ), а также на снижение рисков долгосрочного инвестирования для бизнеса.

Таким образом, государственные проекты обеспечивают экономике необходимый первоначальный импульс, но устойчивое долгосрочное развитие и макроэкономическая стабильность достижимы исключительно за счет расширения частного производства и частных инвестиций.